28-08-2017 | Latest News , Europe & Central Asia

Международный день пропавших без вести Украина: семьи пропавших без вести в плену невыносимой неопределенности

Вот уже более трех лет восточная Украина охвачена конфликтом. Среди множества гуманитарных кризисов, происходящих в мире, например в Сирии или Йемене, об Украине легко забыть. Однако, по оценкам ООН, с начала 2014 г. здесь погибло 10 000 человек. Горе пришло в тысячи семей, а многие, как Юлия и Ольга, были приговорены к годам ожидания, не имея возможности узнать, что именно случилось с их близкими.

 

«Это наши родители, — говорит Юлия, взяв с полки фотографию в рамке. — Вот он, Олин отец, Узаков Сергей Файзуллаевич, а это мой отец, Бондаренко Владимир Викторович».

 

Оба мужчины пропали почти три года назад.

 

«27 ноября 2014 года, — вспоминает Юлия, — ворвались на территорию фермерства наших родителей некие люди вооруженные, были полностью в камуфляже, в балаклавах. Спросили, есть ли такие и такие на месте, назвали причем их фамилии».

 

В другом селе, расположенном рядом с линией соприкосновения, Елена Черенева в отчаянии ждет хоть каких-то новостей о своей дочери Яне.

 

«17 сентября 2014 года у меня пропала дочь при неизвестных обстоятельствах, — объясняет Елена. — На данный момент мы ничего о ней не знаем».

 

Елена и ее родители оказались в плену неопределенности в ожидании новостей о своей любимой дочери и внучке Яне. По данным Международного Комитета Красного Креста, более полутора тысяч человек считаются пропавшими без вести на территории Украины, хотя точное число назвать невозможно. И пока пропавших людей не найдут, их семьи продолжат страдать.

 

«Людям прежде всего нужно знать, что случилось с их близкими, у них есть на это право, закрепленное в международном гуманитарном праве», — поясняет Мариана Чакон-Лосано, координатор МККК по вопросам пропавших без вести на территории Украине.

 

«Они также нуждаются в психологической и социальной поддержке, — продолжает она. — Это связано с тем, что неопределенность является тяжелой ношей. Отсутствие известий зачастую служит причиной изоляции от общества: они не хотят говорить об этом, так что этот аспект нам тоже надо принимать во внимание. У них есть и финансовые трудности. Часто бывает так, что пропавший родственник был кормильцем семьи».

 

МККК выступает в роли нейтрального и беспристрастного посредника и сотрудничает со всеми сторонами в конфликте, стремясь разыскать пропавших без вести и предоставить их родственникам хоть какую-то информацию. К несчастью, для многих семей долгое ожидание заканчивается получением самой худшей новости.

 

Спустя почти три года поисков Юлия и Ольга узнали, что их отцы погибли, и смогли похоронить их. Им немного легче, оттого что неопределенности больше нет и они могут прийти на могилу.

 

«Прийти и как будто с ним пообщаться, — говорит Ольга, — спросить его, как лучше сделать. Просто общение, наверное, как будто ты по телефону позвонил ему, с ним пообщался, и он тебе ответил, дал какой-то знак — может, ветерочек, может, птичка».

 

МККК продолжает помогать близким пропавших без вести даже после того, как участь их родственника стала известна. Психолог МККК Виктор Блинов объясняет, что возможность поговорить о своих чувствах помогает людям снова обрести смысл жизни: «Это помогает им снова начать нормальную жизнь, двигаться дальше, продолжать жить». Однако добавляет: «Мы не говорим об излечении от этой травмы, излечиться от потери невозможно».

 

Мать, бабушка и дедушка Яны все еще ждут. Их переживания, их боль усугубляются тем, что им не в первый раз приходится оплакивать пропавшего без вести близкого. Отец Александра, деда Яны, пропал в Германии во время Второй мировой войны.

 

«Ждали отца, а его все нет, — вспоминает мужчина. — Трое детей у матери было. Так мы и не дождались отца. Отец как в воду канул, и нет его до сегодняшнего дня».

 

Александр знает, что его отец уже никогда не вернется. Но надежда снова увидеть внучку по-прежнему жива.

 

«Если это возможно, помогите нам найти этого ребенка, - просит Светлана, бабушка. -Хотя бы малейшие сведения о ней».

 

Жизнь на территории Украины вдали от линии фронта может показаться нормальной, но для родственников пропавших без вести это далеко не так. Даже если конфликт завершится, они не найдут покоя, пока не узнают, что произошло с их близкими.

 

Факты и цифры

 

В работе у МККК находится 640 запросов о розыске лиц, считающихся пропавшими без вести на территории Украины. Мы занимаемся поисками пропавших без вести, а также привлекаем к этой проблеме внимание властей и широкой общественности, чтобы обеспечить обмен информацией о пропавших без вести и о неопознанных останках.

 

МККК оказывает психосоциальную поддержку семьям пропавших без вести на территории Украины в районе Северодонецка.

 

Родственники пропавших без вести часто страдают от бессонницы, ночных кошмаров, тревожных расстройств и депрессии.

 

МККК разработал программу денежной помощи 80 семьям пропавших без вести на территории Украины: многие из них столкнулись с финансовыми проблемами, потому что пропавший без вести родственник был в семье основным кормильцем.

 

Это видеоможно скачать в разделе видеоматериалов МККК:

www.icrcnewsroom.org

 

За дополнительной информацией можно обратиться к:

Miladin Bogetić, ICRC Kiev, mbogetic@icrc.org. mob: +380 067 509 42 06,

Elodie Schindler, ICRC Geneva, eschindler@icrc.org, mob +41 79 536 92 48

 

Узнать, что МККК делает для поддержки людей на территории Украины, можно здесь:

https://www.icrc.org/en/where-we-work/europe-central-asia/ukraine

 

Мы в соцсетях: facebook.com/icrc и twitter.com/icrc.

 

 

РАСШИФРОВКА

 

Продолжительность: 5:40

Формат: HD H264 .mov

Код видеоматериала: AV667N

Дата съемки: 4-17 июня 2017 г.

 

Авторские права: МККК, доступ для всех

 

 

0:00 – 0:04 Разрушенный дом (общий план)

0:04 – 0:08 Разрушенный дом, деревья (средний план)

0:08 – 0:12 Старик идет по улице

0:12 – 0:18 Люди делают покупки на улице

0:18 – 0:21 Гуси на территории фермерского хозяйства Юлии

0:21 – 0:25 Дом с разрушенной крышей

0:25 – 0:30 Ольга и Юлия обнимаются

0:30 – 0:33 Фотография отца с призами

0:33 – 0:45 Синхрон (на русском) Юлия:

“Это наши родители. Вот это - Олин отец, Узаков Сергей Файзуллаевич, а это мой отец - Бондаренко Владимир Викторович”.

0:45 – 0:49 Фотографии отцов (крупно)

0:49 – 0:57 Ольга показывает на фотографии

0:57 – 1:31 Синхрон (на русском) Юлия:

“27 ноября 2014 года ворвались на территорию фермерства наших родителей некие люди вооруженные, они были полностью в камуфляже, в балаклавах, со всей экипировкой, которая могла бы быть, на машинах. Спросили, есть ли такие и такие на месте, назвали причем их фамилии”.

1:31 – 1:35 Елена в спальне дочери Яны

1:35 – 1:38 Елена держит фотографию Яны

1:38 – 1:42 Фотография Яны (крупно)

1:42 – 1:55 Синхрон (на русском) Елена:

“Я — мама пропавшей девочки. 17 сентября 2014 года у меня пропала дочь при неизвестных обстоятельствах. На данный момент мы ничего о ней не знаем”.

1:55 – 1:59 Фотография Яны с иконами

1:59 – 2:03 Елена и бабушка Светлана с фотографиями Яны

2:03 – 2:08 Фотография молодого человека на стене с иконами

2:08 – 2:12 Пожилая женщина разбирает фотографии

2:12 – 2:16 Фотография двух молодых людей

2:16 – 2:47 Синхрон (на английском) Мариана Чакон-Лосано, координатор по вопросам пропавших без вести, МККК, Украина:

“Людям прежде всего нужно знать, что случилось с их близкими, у них есть на это право, закрепленное в международном гуманитарном праве. (Внимание! Склейка  на 2:25). Они также нуждаются в психологической и социальной поддержке. Это связано с тем, что неопределенность является тяжелой ношей. Отсутствие известий зачастую служит причиной изоляции от общества: они не хотят говорить об этом, так что этот аспект нам тоже надо принимать во внимание. У них есть и финансовые трудности. Часто бывает так, что пропавший родственник был кормильцем семьи”.   

2:47 – 2:52 Машины МККК на проселочной дороге

2:52 – 3:01 Машины МККК под другим углом

3:01 – 3:17 Юлия и Ольга садятся в машину МККК

3:17 – 3:22 Юлия и Ольга входят на территорию кладбища

3:22 – 3:25 Фотография отца с цветами на могиле

3:25 – 3:29 Юлия ухаживает за могилой

3:29 – 3:34 Юлия и Ольга стоят у могилы

3:34 – 3:58 Синхрон (на русском) Ольга:

“А ходить сюда, прийти и как будто с ним пообщаться, поговорить, спрашиваешь его, как лучше сделать. Просто общение, наверное, как будто ты по телефону позвонил ему, с ним пообщался, и он тебе ответил, там, какой-то знак – может, ветерочек, может, там, птичка”.

3:58 – 4:01 Делегаты МККК разговаривают с пожилым мужчиной

4:01 – 4:06 Пожилая пара и машина МККК

4:06 – 4:11 Пожилая женщина садится в машину МККК

4:11 – 4:27 Синхрон (на английском) психолог МККК Виктор Блинов:

“Это помогает им заново начать нормальную жизнь, двигаться дальше, продолжать жить. Мы не говорим об излечении от этой травмы, излечиться от потери невозможно”.

4:27 – 4:31 Фотографии Яны рядом с иконами

4:31 – 4:36 Елена и Светлана готовят чай

4:36 – 4:48 Александр на даче с овощами в руках

4:48 – 5:06 синхрон (на русском) Александр:

“Ждали отца, а его все нет, и нет, и нет. Трое детей у матери было. Так мы и не дождались отца. И до сегодняшнего дня сколько ни писали, отец как в воду канул, и нет его до сегодняшнего дня”.

5:06 – 5:08 Глаза Александра (крупно)

5:08 – 5:12 Руки Александра (крупно)

5:12 – 5:20 Синхрон (на русском) Светлана: “Если это возможно, помочь нам найти этого ребенка. Хотя бы малейшие сведения о ней”.

5:20 – 5:25 Елена и Светлана на балконе

5:25 – 5:30 Женщина проезжает мимо на велосипеде

5:30 – 5:40 Пожилая женщина перебирает фотографии

 

More Related News